Однако, как и следовало ожидать, этим делом заинтересовалась Госдума. По инициативе председателя парламентского Комитета по культуре Николая Губенко в прошлую среду депутаты практически единогласно (347 голосов "за" при одном воздержавшемся) приняли обращение к президенту страны с призывом "предотвратить эти действия и дать возможность специалистам всесторонне изучить проблему в целях внесения германской стороне предложений о равноценном обмене". В документе отмечается, что предполагаемая стоимость данной коллекции составляет более полутора миллиардов долларов.
Напомним, что так называемая "балдинская коллекция" состоит из 362 рисунков и 2 картин, среди которых работы Рембрандта, Тициана, Дюрера, Веронезе, Делакруа, Рубенса, Буше, Коро, Мане, Ван Гога, Тулуз-Лотрека, Родена - всего более 200 имен. Судьба этих сокровищ могла бы послужить сюжетом интригующего романа. В 1945 году в одном из занятых советскими частями немецких замков солдаты нашли ящики с рисунками. Находкой заинтересовался имевший архитектурное образование капитан Балдин. Он сразу оценил уникальность коллекции и по штампам определил ее принадлежность бременскому музею Кунстхалле. Офицер обратился к своему начальству, уговаривая оприходовать это собрание как трофейную ценность государственного значения, но в то время было не до этого. Тогда демобилизовавшийся Виктор Балдин (фактически спасая коллекцию от уничтожения) привез ее в чемодане в родной подмосковный Загорск (ныне Сергиев Посад), где и хранил в домашнем кабинете.
Спустя три года Виктору Балдину удалось добиться от Музея архитектуры принятия бременской коллекции на государственное хранение. И только 12 лет назад она была переведена на баланс Эрмитажа - места, более подходящего для ценностей таких масштабов. Впоследствии, уже будучи известным реставратором и директором того самого Музея архитектуры, Виктор Иванович стал почетным гражданином города Бремена и неоднократно обращался к руководству СССР, а потом и России с просьбой вернуть Германии эту уникальную коллекцию, но при жизни этого события не дождался.
Теперь, похоже, судьба "балдинской коллекции" решена. Как заявил в четверг на пресс-конференции глава Минкульта Михаил Швыдкой, "есть все законные основания для возвращения "бременской коллекции" в Германию". Она не подпадает под российский закон о реституции, запрещающий передачу вывезенных советским государством из постфашистской Германии (в качестве компенсации за потери в войне) ценностей. Формально получается, Балдин действовал в частном порядке, и вопрос о его коллекции согласно постановлению Конституционного суда от 1998 года регулируется уже законом "О вывозе и ввозе культурных ценностей". А с этой точки зрения Виктор Балдин из спасителя превращается, так сказать, в мародера, фактически незаконно присвоившего чужое, что и подлежит возвращению. Тот факт, что "балдинская коллекция" последние 55 лет принадлежала нашему государству, а чиновников Минкульта не смущает. Они апеллируют к тому обстоятельству, что до 1991 года коллекция нигде не выставлялась, находясь в запасниках спецхранилища, что якобы дает право считать ее принадлежностью бременского Кунстхалле, а Балдина - владельцем, но не собственником.
Михаил Швыдкой усомнился в названной депутатами цифре стоимости "бременцев" в полтора миллиарда долларов. Министр "с осторожностью" оценил коллекцию никак не дороже 50 миллионов долларов, при этом заметив, что такая сумма все равно не спасет российских бюджетников, выручи мы эти деньги за рисунки на каком-нибудь антикварном аукционе. Наверное, в масштабах Минкульта 50 миллионов долларов - деньги небольшие, но на фоне полунищенского существования наших ветеранов войны подобные заявления звучат странно. На вопрос журналистов, а что приобретает Россия, если "балдинская коллекция" все-таки уйдет на историческую родину, Швыдкой ответил, что, может быть, немецкая сторона сделает "какой-то компенсационный шаг".
Хотя Минкульт уверен в своей правоте и даже рисунки из Эрмитажа уже перевезены в московское хранилище, однако разразившийся скандал, похоже, отодвинет сроки отправки коллекции в Германию.
Несмотря на то, что случай с "балдинской коллекцией" во многом специфичен, он все равно, очевидно, укладывается в рамки большой проблемы "трофейных ценностей", которая уже многие годы портит погоду в российско-германских отношениях. И в этих юридических сражениях мы пока, к сожалению, нередко проигрываем немецкой стороне, которая настойчиво стремится "вернуть все"