Еще в прошлом году первые сокращения и урезания зарплат в российских компаниях привели к снижению эффективности их работы.
Коллективы были деморализованы либо близки к этому. Все ждали, кто будет следующим, не верили, что ситуация может измениться в лучшую сторону. По словам бизнес-тренера компании «Нанопром» Сергея Дубова, людей расхолаживало ощущение скорой смены компании. «Это классическая паника. Когда происходят события, смысла которых никто из рядовых сотрудников до конца понять не может, все начинают рисовать максимально страшную картину. Это особенность человека, своего рода защита».
«Защита» сработала настолько сильно, что апатия к труду не прошла до сих пор. Слова о том, что кризис — время возможностей, хороший шанс для карьерного роста, восприняли только 16% россиян. Такие данные приводились в весеннем исследовании ФОМа. Большинство
Сегодня число тех, кто стал лучше работать, брать на себя большую ответственность, и вовсе уменьшилось до 13%. И это при том, что сокращения в офисах кончились, зарплаты больше не урезают. Апатия, охватившая треть клерков, продолжается. С таким отношением скорого выхода из кризиса ждать не приходится.
Если человек хочет отлынивать от работы, он найдет способ.
Наталья работает юристом в общественной организации. Точнее, делает вид, что трудится. Нынешнее место работы перестало устраивать ее еще в самом начале кризиса, но найти другое ей не удалось.
За год она придумала множество способов отлынивать. Например, может сообщить, что идет в другой офис организации, а на самом деле пойти домой. Корпоративный телефон Наталья использует для общения с подружкой, а если во время разговора в кабинет заходит начальник, она делает вид, что консультирует по телефону очередного клиента. Подруга к такой смене темы разговора уже привыкла. Часто под предлогом встреч с клиентами Наталья уходит домой. На самом деле этих людей она консультирует онлайн.
За год никто не поймал девушку на лжи: она работает в организации давно, начальник привык ей доверять и не проверяет ее отчеты.
Александр, чиновник в Москапстрое, работал в полную силу, пока не сократили коллегу и на него не легли дополнительные функции. Он хотел сменить работу, но не нашел подходящего места. Тогда он решил трудиться по минимуму.
Чтобы скрыть реальный объем работы, он специально не убирается на столе (он завален бумагами — так Александр создает видимость работы с документами), часто уходит с работы на
По пятницам, когда начальник не появляется в офисе, Александра тоже не застать.
Обреченные и немотивированные
Александр или Наталья — типичные представители работников 2009 года. По данным опроса фонда «Общественное мнение», 34% россиян
«У людей из компаний, переживших большие сокращения, нет стимулов работать хорошо», — говорит Руслан Ильясов, директор по персоналу компании «Эльдорадо». Человек в терпящей бедствие компании часто считает, что судьба работодателя предрешена, а сотрудники просто дорабатывают последние дни. «Сотрудники пережили одну кадровую „войну“ и готовятся к новой. Это плохой период для созидания», — добавляет Наталья Долженкова, операционный директор кадрового агентства «Адекко».
Есть и финансовая причина падения интереса к работе. Раньше работник понимал, что чем лучше он отработает, тем больше получит. «Сейчас премии срезаны. А за „спасибо“ работать готов далеко не каждый», — говорит директор компании «Психология и бизнес онлайн» Наталья Точилкина.
Опрос
Как россияне отреагировали на кризис
- 34% стали равнодушнее, работают безответственно, хуже, чем раньше
- 24% недовольны размером зарплат или их задержкой
- 9% стали нервными, испытывают страх потерять работу
- 7% перестали доверять руководству, вступают с ним в конфликты
Источник: ФОМ
